Об исторических параллелях…

В день пятилетия референдума о независимости Донецкой Народной Республики вспоминалось многое. Вспоминались очереди желающих засвидетельствовать свое волеизъявление и приподнятое настроение: такого я не видел с ноября 2006 года, когда работал на президентских выборах в Южной Осетии, ставших настоящим праздником свободы для сражающейся против тифлисских «ястребов» республики. Вспоминалось и беснование содомской мерзости в ночь перед референдумом, когда на песенном конкурсе Евровидения победило уродливое не пойми что, о чем даже без отвращения и не вспомнишь: это переполнило чашу терпения людей, желавших чтобы по улицам городов Донбасса шагали колонны Бессмертного полка, а не кривляющиеся извращенцы. А еще вспомнилась одна весьма поучительная историческая параллель, имевшая место 71 год назад в Восточном Средиземноморье

За три часа до субботы…

К тому государству, где все это произошло, конструктивного отношения практически не встретишь. Одни к нему относятся неконструктивно хорошо, другие – неконструктивно плохо. Однако равнодушным это государство к себе не оставляет никого. Как вы уже успели догадаться, речь идет об Израиле: в пятницу 14 мая 1948 года история его независимости исчислялась всего несколькими часами. Тем не менее начальный период его существования очень похож на то, через что спустя много лет пришлось пройти республикам Донбасса.

Времени практически не оставалось: через три часа надо было зажигать субботние свечи, и с этого момента все мирские дела становились греховными. Еще через пять часов прекращал действие Британский мандат в Палестине, выданный уже не существующей Лигой наций. Пришедшая ей на смену ООН так ничего и не смогла выработать по Палестинскому вопросу, а все озвученные предложения больше напоминали компромисс, принимаемый для того, чтобы оставить заинтересованные стороны в равной мере недовольными. По сути дела, сравнимый по площади с Донбассом участок на Восточном побережье Средиземного моря оказывался брошенным на произвол судьбы, и единственной его перспективой становилось превращение в горячую точку.

В этот момент в помещении Тель-Авивского музея изобразительных искусств под портрет основоположника Сионистского движения Теодора Герцля вышел Давид Бен-Гурион, чтобы зачитать Декларацию независимости Израиля. Символичность момента была не только в том, что воплощались в жизнь мечты изображенного на портрете. В августе 1897 года Герцль в ответ консервативно настроенному раввинату, считавшему диаспоральное состояние еврейства богоугодным, заявил: «Те евреи, которые хотят иметь свое государство, будут его иметь через полвека!» Погрешность прогноза составила всего восемь месяцев.

Да, представьте себе, что даже сегодня далеко не все иудеи положительно относятся к израильской государственности. Причина простая: если Богу было угодно рассеять народ по странам и континентам, то и собрать его в Палестине возможно лишь высшей волей, а не людской прихотью. Тем не менее жизнь показала, что предрассудки и выживание – вещи малосовместимые.

Неизбежный конфликт

В полночь 15 мая 1948 года истекал срок действия мандата на управление Палестиной, выданного Великобритании уже пару лет как прекратившей свое существование Лигой наций. Надо сказать, что британское присутствие в Палестине уже тогда являлось скорее номинальным: Лондон явно тяготился чемоданом без ручки в лице огромных заморских территорий, от которых было больше проблем, чем пользы. Результатом такого попустительства стала война, вспыхнувшая на подмандатной территории пятью месяцами ранее.

Ее непосредственной причиной стала резолюция № 181 Генеральной ассамблеи ООН от 29 ноября 1947 года о разделе Палестины на арабское и еврейское государства, каждому из которых отводилось по три сектора примерно равной суммарной площади. Вооруженный конфликт начался сразу же в день ее принятия: линии разграничения не удовлетворили ни одну из сторон. Столь же неудачным оказалось и предложение о введении международной опеки под эгидой ООН. Более того, ее инициатор – американский дипломат Лой Хендерсон – подвергся необычайно бурной обструкции, устроенной сочувствующими обеим сторонам баррикад.

Предопределенность конфликта в Палестине была понятна изначально. Приведу выдержки из работ одного из крупнейших идеологов сионизма Владимира Жаботинского «О железной стене» и «Этика железной стены», написанных им в 1923–1924 годах: «О добровольном примирении между палестинскими арабами и нами не может быть никакой речи ни теперь, ни в пределах обозримого будущего… Ни палестинским, ни остальным арабам мы никакой компенсации за Палестину предложить не можем… Живой народ идет на уступки в таких огромных, фатальных вопросах только тогда, когда никакой надежды не осталось, когда в железной стене не видно больше ни одной лазейки… Земля принадлежит не тем, у кого ее слишком много, а тем, у кого ее нет. Отчудить участок у народа-латифундиста для того, чтобы дать очаг народу-скитальцу, есть акт справедливости. Если народ-латифундист этого не хочет – что вполне естественно, – то его надо заставить. Правда, проводимая в жизнь силой, не перестает быть святой правдой… Идеалы стоят выше изветов и не боятся клеветы…»

Дежавю

К разрешению конфликта на основе консенсуса палестинское общество не было готово, а предложенные мировым сообществом планы оказались страшно далекими от реальности. Претендовать на победу и выживание мог только тот, кто сумеет организоваться первым. Но и в такой обстановке Бен-Гуриону пришлось преодолевать сопротивление значительной части членов Народного совета и Народного правительства, считавших провозглашение независимости несвоевременным. И даже президент США Гарри Трумэн просил, чтобы израильтяне повременили с этим шагом. Однако жизнь часто не оставляет иного выбора, кроме дилеммы: «Сейчас или никогда!»

Первые три дня после провозглашения независимости Израиля все «цивилизованное» сообщество отделывалось ничего не значащим формальным сочувствием, и только дипломатическое признание Тель-Авива Москвой в условиях начинавшейся холодной войны по вполне понятным причинам резко изменило отношение сильных игроков к новому государству. Чуть позже пошли потоки добровольцев и «военторга», позволившие Израилю выиграть тяжелейшую войну с многократно превосходящими силами арабской коалиции.

Никто не заставляет нас любить наших оппонентов или ненавидеть их, но использовать их опыт себе на пользу мы обязаны. Главный урок из всей этой истории заключается в том, что одним из главных условий победы является догматичная вера в собственную правоту: чаще идут навстречу той стороне, которая тверже стояла на своем.

Автор Александр ДМИТРИЕВСКИЙ

Print Friendly, PDF & Email

Донецкое время Республиканская еженедельная газета. Выходит с 30 сентября 2015 года. Объем – 32 полосы, 8 цветных, телепрограмма. Освещает самые разнообразные сферы жизнь Республики: социальная, политика, экономика, военная. Охват аудитории – ДНР.

Похожие записи